Изящный резной разъемный кулон продолговатой формы из слоновой кости, призванный выполнять важнейшую функцию для светских дам того времени — привлекать и собирать блох и вшей, в обилии водившихся в высоких прическах и в складках пышных платьев до появления современного мыла и других средств гигиены.
Эту и подобные им небольшие резные кулончики с крохотными отверстиями, которые было легко спрятать в волосах, в складках одежды или даже повесить на шею в качестве украшения, были широко распространены вплоть до первой трети XIX века. Внутрь кулончика закладывался кусочек ткани или ваты, пропитанный кровью и мёдом. Привлеченные запахом крови блохи залезали внутрь и намертво прилипали к мёду. До развития парфюмерной промышленности, в частности мыловарения — вопрос гигиены оставался крайне насущным для населения и Старого, и Нового света. Особенно это касалось дам, чьи пышные причёски нередко укладывались с помощью бараньего жира, что ещё сильнее привлекало насекомых.
Так что вплоть до начала XIX века блохоловки оставались наиболее эффективным способом борьбы с кровососущими паразитами и воспринимались как привычный аксессуар костюма. Кстати, именно из-за этой напасти возникла интересная традиция — признаком высшей галантности со стороны кавалера, ухаживающего за женщиной, считалось снять ползущую по её лицу блошку. Это было недвусмысленным признанием в том, что кавалер испытывает к женщине определенный интерес, и такой знак внимания был столь же естественен, как обязанность подать руку по выходу дамы из кареты. Но увы — с развитием моющих средств у знати блохи повывелись. Зато традиция ухаживать сохранилась. Что делать? Вот тогда и появились съемные (или нарисованные) «мушки». А оттенить их должна была пудра, придававшая лицу «аристократическую бледность».
