Изящная миниатюрная туфелька из фаянса, выполненная в технике майолики — с характерным рельефным декором и яркой полихромной глазурью. Изделие датируется концом XIX — началом XX века и относится к продукции одного из заводов Товарищества М.С.Кузнецова.Туфелька воспроизводит модную женскую обувь эпохи — дамский башмачок на характерном «французском» (скошенном) каблуке, который был популярен в последние десятилетия XIX — начале XX столетия.
Изделие выполнено в бирюзово-голубой гамме с розовато-малиновой рельефной отделкой, имитирующей кружевные оборки и банты, которыми украшалась нарядная обувь того времени. Характерна ромбовидная сетка на корпусе туфельки, напоминающая фактуру плотного шёлка или атласа. Скошенный каблук оформлен в тёплых песочных тонах с горизонтальными полосками — согласно распространенной моде того времени — продержавшейся, впрочем, вплоть до времён НЭПа.
Миниатюрные туфельки использовались как декоративные предметы интерьера, пепельницы, подставки для карандашей или вазочки для мелочей. На площадках антиквариата они нередко описываются как «туфелька-пепельница» или «карандашница». Для товарищества М.С.Кузнецова такая продукция были частью обширного ассортимента мелкой пластики. Заводы Кузнецова выпускали разнообразные предметы — маслёнки, шкатулки, солонки, пепельницы в виде фигурок животных или людей. Несмотря на то что некоторые критики воспринимали подобные изделия как китч, отмечалось, что в них «есть своя неповторимая энергетика, тёплая и жизнерадостная».
Впрочем, фаянсовые и фарфоровые башмачки рассматривались не просто как «милые мелочи» — согласно давней традиции, игрушечная или миниатюрная обувь считалась своего рода талисманом счастливой семейной жизни и домашнего уюта — этот фактор также влиял на спрос, особенно на рубеже XIX и XX веков, когда идеи оккультизма, всякого рода древних символов и талисманов снова обрели большую популярность. Ну и, конечно, одинокая изящная туфелька отсылала романтически настроенных дам к известной сказке Шарля Перро — где-то там, наверное, томится прекрасный принц, разыскивая прекрасную обладательницу второй туфельки. Может быть, он ищет именно Вас, сударыня?
Сама мода на керамические башмачки намного старше кузнецовских заводов. В амстердамском Рейксмузеуме хранится дельфтская фаянсовая туфелька 1660–1675 годов: квадратный носок и большой бант сделаны по моде около 1665 года, а цветы и бабочки навеяны росписью китайского фарфора. Музей пишет, что такие миниатюрные туфли оставались в моде и в XVIII веке, но для чего именно они служили, неизвестно — возможно, просто украшали стол или каминную полку. У нью-йоркского Метрополитен-музея есть дельфтская туфля с датой «1697» и инициалами «DM». По версии музея, инициалы позволяют предположить именной подарок. Сброшенная обувь на голландских жанровых картинах могла намекать на вольность нравов, и музей допускает, что такая туфелька была шутливым подарком возлюбленной или супруге. Делали эти башмачки часто парами и по тогдашней моде.
Во Франции фаянсовые туфли тоже делали: в лондонском Музее Виктории и Альберта есть пара туфелек марсельской мануфактуры Сави последней четверти XVIII века, расписанных пейзажами по жёлтому фону. В XVIII и XIX веках башмачки и сапожки делали и в виде табакерок — по предположению того же музея, их, вероятно, дарили. На первой русской фарфоровой мануфактуре, основанной в Петербурге в 1744 году и с 1765 года ставшей Императорским фарфоровым заводом, тоже выпускали фарфоровые табакерки. Эрмитаж перечисляет их формы: туфелька, барабан, морская раковина, гроздь винограда, яблоко. В светском обществе такие табакерки коллекционировали и дарили друг другу.
Почему именно туфля? Обувь давно связывали с любовью, браком и пожеланием удачи. 18 апреля 1861 года газета The Scotsman перепечатала сообщение о свадьбе дочери лорда Джона Рассела: вслед карете бросили «по меньшей мере полдюжины старых атласных туфель на удачу». С этим обычаем Национальные музеи Шотландии связывают более поздний обычай привязывать обувь к свадебным экипажам, а потом и к автомобилям. В Нортгемптонском музее, где собрана большая обувная коллекция, рассказывают, что собирать маленькие туфельки было особенно модно у викторианцев, они дарили башмачки как знак любви, а на таких миниатюрах нередко изображали мышку, играющую внутри башмачка.
Использовали башмачки по-разному. В Музее Виктории и Альберта есть английская деревянная подушечка для булавок в форме туфли XIX века и пара прессованных стеклянных сосудов для цветов в форме туфель, выпущенных около 1888 года на фабрике Sowerby в Гейтсхеде. На Тверской фабрике Кузнецова, по данным исследовательницы конаковского фаянса Е.А.Бубновой, из майолики делали скульптуру, пепельницы и курительные приборы. Такие вещи дают представление об ассортименте кузнецовских фабрик, но на каком из предприятий изготовлена наша туфелька и как её использовали, пока не установлено: она могла стоять на комоде как безделушка или служить ёмкостью для мелочей. В нашей коллекции есть и её синяя «сестра» — туфелька той же модели.

