Два прейскуранта — на вино-водочные изделия и десертные блюда — престижного ленинградского ресторана «Метрополь» предположительно 1971 года. Оба артефакта оформлены в ярком, современном и модном для того времени графическом дизайне. Бумага лощеная, печать цветная. Типографская сигнатура: ЛФОПЗ. Документы завизированы директором, заведующим производством и калькулятором (бухгалтером) заведения, однако печать отсутствует. Данные об ассортименте и ценах внесены с помощью печатной машинки. Ресторан располагает только теми блюдами и напитками, напротив которых указана стоимость, из чего напрашивается вывод о крайней скудности выбора, точнее — о его отсутствии.
Предприятия общественного питания — или, по-советски, «Общепит» — одна из тех сторон советской действительности, которой достаточно трудно вызвать ностальгию. В памяти большинства из нас советские рестораны остались сомнительного вида прокуренными заведениями со скудным ассортиментом, хамоватыми официантами и взяточником-швейцаром, способным с первого взгляда «оценить» потенциального посетителя и, в случае чего, молча захлопнуть перед ним дверь с неизменной табличкой «Мест нет». Однако ленинградский «Метрополь», как и московский «Яр» и некоторые другие, относился к той категории заведений, которую в наше время принято называть элитной. Сюда принимали лучших поваров и официантов, здесь за столиками сидели сливки тогдашнего советского общества, здесь существовала собственная (авторская, как сказали бы сегодня) кухня и собственное кондитерское производство. Наконец, сюда централизованно водили иностранцев, так что эти рестораны с полным правом могли считаться «визитной карточкой» если не всего СССР, то как минимум Москвы или — как в случае с нашим артефактом — Ленинграда. Соответственно, образцовым в этих ресторанах должны были быть не только интерьер и ассортимент блюд, но и меню. И представленные в нашей коллекции прейскуранты внешне вполне соответствовали этому высокому назначению.
Впрочем, бич советской экономики — дефицит, как видим, не обходил стороной даже самых модных заведений. Так, прейскурант и винная карта меню 1971 году попросту удручают своей бедностью. В меню нет даже фирменных салатов, из напитков — лишь чай и кофе, из спиртного — лишь водка «Экстра». Какой-никакой выбор есть только у курильщиков, хотя трудно представить, чтобы кто-то шел в ресторан покуритьт и выпить чашку чая.
Чуть более богатым выбор стал в 1973 году — но ненамного. И лишь меню 1982 года, особенно его десертная часть с 20-ю сладкими позициями, включая семь сортов мороженого, более менее напоминало тот легендарный питерский ресторан, каким «Метрополь» вошел в историю.
Да-да, легенды окутывали этот ресторан в самом центре Санкт-Петербурга с самого момента его возникновения. Где правда, а где быль – уже не разберешь, но мы все же попробуем. В конце XVIII века в Петербурге на углу Садовой и переулка Крылова по проекту архитектора, имя которого история, к сожалению, не сохранила, было возведено четырехэтажное здание в стиле позднего классицизма. Изначально это был доходный дом А. Коровина и К. Гаврилова, но почти сразу после постройки часть здания арендовал известный ресторатор Неменчинский, который открыл здесь «Гостиный двор». Завсегдатаями заведения стали, в основном, купцы и лавочники. В 1847 году дом Коровина перестроил архитектор А. Робен. Прежнее помещение со двора расширили пристройкой большого зала на 350 гостей. Днем его освещал естественный свет через новомодное новшество — стеклянный потолок, а вечером — большие хрустальные люстры. Стены, ионические колонны, пилястры, эстрада — все было белого цвета, отчего помещение казалось очень просторным. В новом питерском ресторане посетителей обслуживали официанты самого высокого класса, они носили только фраки и знали иностранные языки.
В конце XIX века официанты начали объединяться в артели и товарищества, которые защищали их профессиональные интересы. Служащие ресторанов регулярно отчисляли фиксированные суммы из своих заработков в благотворительные организации и общую «кассу». Разбогатев на барских кутежах, петербургские официанты начали постепенно прибирать к рукам ресторанное дело. Так, «Первое Санкт-Петербургское товарищество официантов и поваров» в 1903 году на паях выкупило ресторан на Садовой у обанкротившегося к тому времени Неменчинского.
К этому времени ресторан переименовали в «Люкс» — окружение к тому обязывало: по соседству располагались Пажеский корпус и Дворянское собрание. Интерьер был поистине роскошен: обеденные залы украшали тропические растения, фарфоровые вазы, скульптуры, лепнина, хрустальные люстры. Но владельцы ресторана стремились привлечь публику не только изяществом обстановки, но и выдумкой. В заведении внедрялись последние новинки техники, например, первые электрические системы вентиляции и кофе-машины. В 1910-е годы в ресторане «Первого товарищества официантов» даже появилась телефонная связь, и заказ столика по телефону стал обычным делом. Место это постепенно становилось богемным, здесь уже не было места простоватой купеческой публике. В предреволюционные годы ресторан был наимоднейшим местом, где «прожигали жизнь» и искали вдохновения поэты-декаденты Серебряного века (среди постоянных посетителей — Валерий Брюсов и Константин Бальмонт), регулярно ужинала петербургская богема, которая любила заказывать фирменный салат с куриным филе и корнишонами, рулет «Юсуповский», севрюгу по-царски и княжескую индейку. Сохранились также свидетельства того, что сам Григорий Распутин из окон этого ресторана кидал в прохожих бутылки «Мадеры». «Люкс», позже переименованный в «Коммерческий», работал до 3 часов ночи. Прибыль заведения за одну только новогоднюю ночь могла составлять более 15000 рублей и это при том, что стоимость аренды пятикомнатной квартиры в центре Санкт-Петербурга в то время составляла 1000 рублей в год.
Кстати, в 1952 году была впервые издана главная книга советских домохозяек — «О вкусной и здоровой пище». Ее первый тираж в 500 тыс. экземпляров был распродан в кротчайший срок. По словам авторов – а это были уважаемые в пищевой отрасли люди – главная задача книги состояла в том, «чтобы помочь домашней хозяйке, при наименьшей затрате труда и времени, приготовить для семьи вкусную и здоровую пищу, используя для этого, в первую очередь, разнообразный и богатый ассортимент пищевых продуктов, вырабатываемых пищевой промышленностью». Ресторан «Метрополь» имел самое непосредственное отношение к созданию этого бестселлера. Дело в том, что большинство блюд для этого издания были приготовлены и сфотографированы в ресторане на Садовой.
Начиная с конца 60-х годов «Метрополь» был несколько странным заведением. С одной стороны, — ресторан без категории. Это в то время, как, скажем, конкурирующие «Астория» и «Европейская» имели категорию высшую. Но при этом, в здесь обслуживалась вся ленинградская элита, а его поваров приглашали на правительственные банкеты. Основными посетителями «Метрополя» стали представители партийной номенклатуры. Здесь иностранные дипломаты могли сидеть за соседними столиками с народными артистами и директорами заводов. В «Метрополе» проводили официальные государственные мероприятия: Леонид Ильич Брежнев в дипломатическом реверансе угощал Рейгана осетриной по-русски, удивляли кулинарными шедеврами Жака Ширака и других политических деятелей.
«Метрополь» постепенно становится самым дорогим и престижным рестораном в городе на Неве. Поваров сюда подбирали не по конкурсу, а по таланту и опыту. Известно, что почти полвека шеф-поваром ленинградского «Метрополя» был Али Абдурахманович Бабиков. Примечательно, что во многих воспоминаниях ленинградцы называют его Олегом Александровичем Бабиковым. Видимо, настоящее имя кулинара в советские времена по каким-то веским причинам было известно только узкому кругу. Али Бабиков родился 10 марта 1927 года. 19 мая 1951 года, после службы в армии, устроился в «Метрополь» поваром 5-го разряда. Спустя два года стал заместителем заведующего производства, а с июня 1961 года – завпроизводства, причем занимал эту должность почти 50 лет. Именно он ввел в меню ресторана такие фирменные блюда, как филе-миньон, поджарка по-ленинградски, судак «Агратан». Ему же принадлежит авторство котлеты «Новинка» из рубленой свинины, фаршированной куриной печенью и обжаренной с луком. За приготовление пищи высокого качества шеф получил звания «Мастер — Повар», Заслуженный работник торговли РСФСР, был награжден орденом «Трудового Красного Знамени», медалью «За Трудовую Доблесть», орденом «Дружбы Народов».
Сын Али Бабикова Рашид продолжил поварскую династию. Весьма интересна его история о том, как в начале 80-х годов коллектив «Метрополя» обслуживал дипломатическую делегацию из Конго. «Конголезца разместили в резиденции, мы тоже приехали туда. Там такая кухня была, метров 15 площадью. Только мы разложили инструмент, приготовились к работе. Приходят две негритянки — его повара. С ними ходил еще представительный негр в костюме. Я все думал это их метрдотель. Он пробовал все блюда. Оказалось потом, — «смертник». Не дай бог, что отравлено будет, так до лидера нации не дойдет. А пока эти две негритянки приходят – чумазые и босиком. Представляете? У меня отец как это увидел, так сразу вызвал КГБшников. Они уже принесли им потом белые халаты, тапочки. Прибежала врачиха и расчертила кухню мелом. Вот, мол, здесь можете работать со своей едой, а в общую зону – ни-ни! Мы ей говорим: «А нам-то как? Там «за чертой» холодильник остался – нам к нему тоже надо». Негритянки посмеиваются и по-своему что-то лопочут. Ножей у них не было. С собой они принесли два огромных железных ящика. В них миски и порубленная еда. Ее им, видимо, откуда-то отдельно доставляли. Плюс африканские гости привезли с собой обезьяну. Уже частично разделанную, без шкуры. Газель, антилопа была у них – вырезка, ноги. И какой-то корень, помню, варили. Цвет от него в кастрюле получался ярко-зеленый. Это было исключительно для президента – любимое блюдо. Я даже попробовал украдкой – горечь, пить невозможно. Слава богу, накормили всех без происшествий. В общем, делегация уехала. Но пара неожиданностей выявилась. Во-первых, пропали фарфоровые вазы из номеров. Но это ладно. Дело наживное – спишут. А вот второй сюрприз был сложнее. Когда конголезская делегация покинула резиденцию, после нее остались гусеницы, тараканы. Вся эта живность вылезла из оставленных ящиков и расползлась по всей гостинице. Резиденцию, в результате, закрыли на 3 месяца на санитарную обработку».
Ленинградский «Метрополь» пережил две мировые войны и революцию, однако не выдержал изменения конъюнктуры 1990-х — цены были запредельными, обслуживание – совковое. В конце XX века ресторан начал нести большие убытки, кризис пытались предотвратить банкетами и корпоративными мероприятиями. Не помогло. В 2002 году «Метрополь» тихо закрылся, но остались его кулинарный цех и кондитерская. А спустя 8 лет в 2010 году в том же здании на Садовой открылся новый «Метрополь» — элитная бельгийская ресторан-пивоварня «Brasserie de Metropole». В сегодняшнем меню осталось лишь несколько блюд-ровесников ресторана: севрюга по-царски, рулет «Юсуповский», котлета по-киевски. С учетом значимости и возраста заведения во время реконструкции был полностью восстановлен весь первоначальный интерьер с эксклюзивными живописными плафонами, прозрачным кессоном и лепниной. Была также расчищена кирпичная кладка конца XVIII века. В то же время, оформлению ресторана были приданы новые краски — в интерьере появились реплики на фламандскую живопись и кованые элементы.

