Договорной лист конторы Шумновского торфяного болота Товарищества М.С. Кузнецова, изданный в тверской типо-литографии Н.М. Родионова в 1914 году. Этот уникальный исторический документ раскрывает нам малоизвестную сферу деятельности «фарфорового короля» Матвея Кузнецова.
Далеко не всякому предприимчивому человеку был заказан путь в Корчеву. Но Матвею Кузнецову захолустье и нечерноземье этих мест были только на руку – земля доставалась ему по бросовым ценам, а для фарфорового производства материал в округе имелся в избытке. Он сумел извлечь выгоду даже из заболоченности территории. Набирающее мощь фарфоровое производство требовало все больше топлива для обжига изделий. Использование дров для этих целей было нерентабельным, а добыча каменного угля в России пребывала в зачаточной стадии. В этих условиях энтузиасты начали использовать для своих производственных нужд новый вид топлива – сухой торф. Так вот Матвей Кузнецов не только первым в стране перевел свой фарфоровый бизнес на торфяной обжиг, но и организовал добычу этого материала на близлежащих болотах. Так Кузнецовы раньше своих конкурентов решили вопрос с дешевым топливом.
На торфозаготовках у Матвея Сидоровича каждый сезон (с 1 мая по 20 июля) трудилось до 2000 человек. Согласно «Положению о найме на сельхозработы» от 1886 года, с каждым наемным рабочим работодатель подписывал «Договорной лист». В нашей коллекции как раз и представлен уникальный экземпляр такого Договора от конторы Шумновского торфяного болота. В эту брошюрку конторские служаки заносили все подробности заключения контракта с работником: сроки и профиль работ, условия труда и оплаты, ответственность сторон, санкции за нарушение договора, порядок разрешения трудовых споров через суд и т.д. Здесь же указана специфика работы заготовителя: «Работа наша состоит в рассушке и укладке торфа в штабеля длиной 18 аршин, шириной 3 аршина 12 вершков». Далее от руки вписывались нормы выработки. На весь срок работ заготовители обеспечивались от конторы «харчами обычными», а также четвертью фунта чая и двумя фунтами сахара ежемесячно. Установленная оплата выплачивалась каждое 30 число месяца. Но и это не все. Товарищество Матвея Кузнецова добровольно, в досудебном порядке, брало на себя материальную ответственность в случае получения работником производственной травмы. Семья пострадавшего обязательно получала денежную компенсацию от конторы. В договоре также указаны условия получения работником пенсии, перевода на более легкий участок, выдачи премий и т.д. Целых 53 пункта о правах нанимаемых трудяг – и это, заметьте, на рубеже XIX-XX веков! Добавьте к этому право рабочих лечиться в больницах и отдавать своих чад в школы, которые строил на свои средства Матвей Кузнецов.
Для многих тверских крестьян, которым некуда было деваться после реформы 1861 года, новый бизнес Кузнецова открыл спасительную возможность для гарантированного заработка. Босые рабочие месили ногами торф в вырытых ямах, смешивая его с водой, затем разливали его по формам, сушили и получали удобные по размеру кирпичики. Поначалу их транспортировали на носилках, позже от места заготовок до складов была проложена узкоколейка. Артель из семи человек за 14-часовую смену успевала заготовить до 6000 торфяных кирпичей. Так что на 18-ти фарфоровых заводах Кузнецова не иссякал годовой запас сухого горючего. Кстати, уже в советское время выяснилось, что на сухое топливо Матвей Сидорович перешел не только из экономии. В 1969 году при обследовании подвалов одной из фабрик Кузнецова обнаружили старую керамическую массу, которая позволила разгадать секрет качества «кузнецовского» фарфора. Особенность его состояла не только в том, что добытую глину, прежде чем пустить в дело, хранили целый год в подвале, чтобы она стала пластичной. Главное, что именно торф, добытый непременно до 20 июля, обеспечивал наилучший обжиг фарфоровых изделий.
