Редкий фаянсовый бюст Нефертити, изготовленный в конце 1970-х годов на Конаковском фаянсовом заводе (ЗиК) скульптором Отари Павловичем Гагнидзе (1928–2011) и Народным художником РСФСР, известным керамистом Николаем Алексеевичем Коковихиным (1936–2012), чьи подписи видны на внутренней поверхности в основании бюста. Скульптура полностью повторяет историческую находку, сделанную археологами в 1912 году в мастерской древнеегипетского скульптора Тутмоса из города Ахетатон (ныне г.Амарна близ Каира, Египет). Квадратный «шип» на голове скульптуры из темного кварцита был предназначен для надевания не неё «шапки» из другого материала — например, золота или драгоценного камня.
Среди привычных советских статуэток — пионеров, лыжников и персонажей народных сказок — это изделие явно стоит особняком. Перед нами не массовый сувенир, а редчайшая авторская работа мэтров Конаковского фаянсового завода, вступивших в диалог с мастером, жившим три с половиной тысячи лет назад. Скульптор Тутмос работал при дворе фараона Аменхотепа IV (после прихода к власти изменившего своё имя на Эхнатона) в XIV веке до нашей эры. Его мастерская располагалась в городе Ахетатон (в переводе «Горизонт Атона»), только что построенном фараоном в качестве новой столицы государства вместо древних Фив (ныне Луксор). Место было выбрано стратегически: оно находилось примерно на полпути между Мемфисом (северная столица) и Фивами (южная), и — главное — оно не было посвящено ни одному из традиционных богов египетского пантеона. Эхнатон хотел создать новый, незапятнанный центр для поклонения богу Атону (солнечному диску), который он объявил единственным истинным божеством. Город строился стремительно — буквально за несколько лет возникли дворцы, храмы, административные здания, казармы и жилые кварталы. В центре располагался большой дворец фараона, на северной окраине — дворец царицы Нефертити. Район художников находился в западной части города, где и работал Тутмос, главный скульптор двора.
Новая столица, впрочем, просуществовала недолго, после смерти фараона пришла в упадок и за тысячелетия покрылась песком и забвением. Но в 1912 году немецкие археологи под руководством Людвига Борхардта раскопали его мастерскую. Среди обломков они нашли множество учебных моделей, масок и заготовок, а также несколько бюстов Нефертити из разного материала — включая всемирно известный бюст с высокой причёской. Одной из находок была голова царицы из темного кварцита, получившая название «незаконченная голова Нефертити». Там же нашли другую заготовку, из известняка, где лицо царицы было расчерчено черными мазками — то были рабочие отметки Тутмоса для дальнейшей обработки скульптуры.
Именно эту «незаконченную голову» древнеегипетской царицы и взяли за образец Отари Гагнидзе и Николай Коковихин. Скульптура вряд ли предназначалась для массового выпуска. При этом художники ставили перед собой достаточно сложную задачу — передать ощущение древности и сохранить пластику найденного археологами оригинала. Отари Гагнидзе скрупулезно повторил пластику кварцитового оригинала: тот же поворот головы, тот же «шип» для короны. А Николай Коковихин подобрал удивительную глазурь. Это не типичная для Конаково яркая майолика. Теплый, медово-охристый цвет с густой сеткой кракелюра (трещинок) создает полную иллюзию старого, выветренного камня, пролежавшего в песках тысячи лет.
Создание авторского бюста Нефертити мастерами Конаковского завода можно считать ответом художников на «египтоманию», охватившую СССР в 1970-х годах. Всё началось в 1966 году, когда в СССР на экраны вышел польский фильм «Фараон» с главными героями в исполнении Ежи Зельника и Барбары Брыльски, будущей звезды «Иронии судьбы». Это была масштабная, зрелищная картина с невероятно красивыми актерами, после которой в СССР вошли в моду «египетские стрелки» в макияже советских женщин, массивные украшения-ожерелья и причёски «каре».
В 1972 году интерес к античности, и в частности к Египту, вспыхнул с новой силой в связи с выходом романа популярнейшего советского писателя Ивана Ефремова «Таис Афинская». Книга сразу же стала дефицитной, её зачитывали «до дыр» и бесконечно передавали из рук в руки. Наконец, в 1973-1974 годах в СССР произошло событие, окончательно сделавшее «египтоманию» одним из главных трендов того времени: в Москве, Ленинграде и Киеве прошла выставка «Сокровища гробницы Тутанхамона» (1973–1974). Впервые советские люди увидели «золото фараонов» вживую. Хотя самой Нефертити на выставке не было (она не из гробницы Тутанхамона), всё, что было связано с Амарнским периодом (Эхнатон, Нефертити, Тутанхамон), мгновенно стало модным. И, разумеется, вдохновило множество советских художников, включая мастеров из Конаково.
