Этому репортажу, выполненному в жанре путевой заметки, почти 200 лет. 5 мая 1837 года наследник-цесаревич Александр Николаевич, будущий император Александр II, которому исполнилось 19 лет, по заложенной ещё при Екатерине Великой традиции отправился в путешествие по Волге. В число сопровождавшей его свиты входил и воспитатель цесаревича поэт В.А.Жуковский. Подробный репортаж о визите наследника в Тверь опубликовала в те дни газета «Русский инвалид» в обширной редакционной статье, подписанной инициалами «П.С.» Эти инициалы принадлежат известному российскому журналисту, критику и писателю Василию Степановичу Межевичу, в 1837-1839 году тесно сотрудничавшему с литературным приложением к газете «Русский инвалид». Своим новым знакомым Межевич часто представлялся как «Писатель Степаныч» — отсюда и аббревиатура «ПС».
Собственно, о самом путешествии по Волге в этом рассказе почти ничего не говорится, однако мы, тем не менее, публикуем этот материал целиком, поскольку сам стиль этой публикации, а также масса деталей, фамилий и описание фабрикантов и их промыслов, с которыми ознакомился цесаревич, могут быть интересны для краеведов и любителей истории.
«Письмо из Твери, о пребывании Его Императорского Высочества Великого Князя Цесаревича Наследника Престола».
Ты знаешь, любезный друг, как бывает обыкновенно, даже зимою, пуста наша Тверь, которую некогда называли уголком Москвы. Можешь судить, что с нею сделалось, когда многие временные жильцы её выехали со своего зимовья по деревням, хозяйничать и наслаждаться возрождением природы. И оставшиеся горевали, переносясь желаниями на свежий бархат полей, под раздолье неба, не стесненного рамкою домов, в рощи, только — что оперяющиеся, но уже оглашаемые своими крылатыми певцами, на берега Волги, заигравшей на органах своих порогов дивный гимн весне. Да, в последних числах Апреля, наша Тверь походила на какое-нибудь захолустье Москвы, или, как сказал некто прежде, на красивую почтовую станцию. Пустота и скука, скука и пустота!
Вдруг, 1-го Мая, Тверь оживает, волнуется, шумит, кипит народом; экипажи то и дело снуют по улицам; со всех сторон из уездов спешит дворянство в сердце губернии; эстафеты скачут в Москву; дилижансы привозят из столицы оркестры; гостиный двор и магазины наполнены посетителями, как на ярмарке, и не имеют довольно средств удовлетворить покупателей; всё радуется, всё заботится. Что ж причиною такой необыкновенной перемены в несколько дней? Неожиданная весть, что Наследник Русского Престола, вместо того, чтобы ехать на Вологду, как предположено было, едет на Тверь.
«4-го будет Он здесь!» волшебною силою передается в несколько минут по всему городу. Восторг написан на всех лицах. Но вместе с этим рождается забота, как в три дня приготовиться достойно принять такого дорогого Гостя. А усердие? а любовь и преданность? О! чего не сделают они!… Эти двигатели пополняют время, удесятеряют силы и средства; они могучее самой могущественной воли, всегда больше сделают всяких строгих наказов, или народных совещаний. Тут не нужно собирать голоса, где у всех на устах и в сердце один голос. С этими чувствами, все звания принялись за дело. И 4-го Мая, Тверь уже была готова принять Государя Наследника. Но, вместо 4-го, Его Императорское Высочество прибыл 5-го числа, в шестом часу по полудни. Колокольный звон во всех церквях возвестил об Его приезде. Народ встретил Его радостными восклицаниями. Хотели отпрячь лошадей от Его экипажа, и везти на себе; но боязнь какой-нибудь суматохи от стеснения народа, и последствий от неё при спуске на мост чрез Волгу и на самом мосту, отклонили народ от этого изъявления преданности. И тут видна была нежная забота о Том, на Ком покоятся будущие надежды России.
По прибытии в соборный храм Преображения Господня, у входа в него, Государь Наследник встречен был Преосвященным Неофитом со крестом; приняв от него благословение, вступил в храм. Там, в умилительном благоговении, принес дань Царю Царей, и поклонился Святыне. Очи всех присутствовавших были обращены на Цесаревича, и наполнились слезами радости, читая на лице Его залог всего прекрасного и высокого. Теплые, усердные молитвы тверитян о благополучном путешествии Его, о здравии Его и долгоденствии, приобщились к Его чистой, трогательной молитве. Когда Он вышел из церкви, дворцовая площадь покрыта была народом, так что негде было руки продеть. Все расступилось, чтобы дать Ему дорогу, и почти Ему одному. Даже свита Его с трудом могла следовать за Ним. Тысячи голосов превратились в одно восторженное ура!
У дворца Его Императорское Высочество встречен был Гражданским Губернатором, Губернским Предводителем Дворянства и Начальником Удельной Конторы в заведывании которого состоит дворец; депутация от купечества, по Русскому обычаю, поднесла Ему хлеб-соль. До самой глубокой ночи, народ в благоговейной тишине стоял на страже около дворца, передавая один другому замечания свои о Цесаревиче.-«Какой молодец! Видно, Русская кровь играет в Нем! Как усердно молился в церкве и поклонялся святым иконам! Как приветлив ко всем!»
Вот речи, которые я подслушал, возвращаясь поздно от В. А. Жуковского. И вот еще вывод, какой я сделал, на следующий день, из бесед крестьянина, купца и дворянина. Все поняли высокую мысль Государя Императора, который, в отеческих попечениях о Сыне и народе Своем, посылает Своего Наследника ознакомиться с Россиею, и познакомить её с будущим её Царем. Увидев, узнав Государя Наследника, народ уверился, что благоденствие его упрочено на многия и многия лета. Вечером город был прекрасно иллюминован. Это пришлось зрителям по сердцу.
На другой день, т. е. 6-го числа, в 9-ть часов утра, имели счастие представляться Его Императорскому Высочеству дворянство, военные и гражданские чиновники и именитое купечество. Каждого из них Государь Наследник очаровал Своим приветом, в сердце каждого бросил семена любви и преданности, которые разовьются в будущих поколениях богатою для Него жатвою. В десять часов, Цесаревич изволил делать, за Петербургскою заставою, смотр 7-й Конно-Артиллерийской бригаде, и остался им доволен.
В 11-ть часов, посетил выставку изделий Тверской губернии, расположенную в нижних комнатах дворца. Здесь, находившиеся в это время имели случай оценить любознательность Его Высочества и верный взгляд на вещи. Особенное внимание изволил Он обратить на следующие вещи:
1) Сапоги разного вида, которых вырабатывается ежегодно более миллиона пар, Корчевского уезда в селе Кимрах, принадлежащем Графине Ю. П. Самойловой.
2) Красную юфть, с фабрик купцов Савиных и Мосягиных, из Осташкова.
3) Разные роды гвоздей. Выковывание их составляет значительную промышленность Твери и уезда. Представлены гвозди, которых тысяча весит шесть золотников.
4) Канатную пеньковую пряжу, с фабрик Ржевских купцов Берсеньева, Мыльникова, Глушкова и Еремеева.
5) Кармин, выделываемый отличным образом из кошенили, в Ржеве, на заводе братьев Волочковых, которые одни обладают тайною этого искусства, переданного им отцом.
6) Химическия изделия, с фабрики иностранца Бруннигаузена, в Корчевском уезде.
7) Сахар, с завода Почетного Гражданина Петра Савина. Этот завод находится в самом Осташкове. Владелец его, один из первых в России, завел собственный корабль, теперь имеет их до пяти, и отправляет прямо в Вест-Индию за сахарным песком, откуда получает его без посредства иностранных коммиссионеров. Сахара выделывается на заводе до 50 т. пудов.
8) Фаянс, с фабрики провизора Ауэрбаха, в Корчевском уезде, известный по всей России, как прочностью своею, так и изящностью отделки. По желанию Государя Наследника, заводчик имел счастие, на самых образцах, объяснять Его Высочеству весь процесс выделки посуды, начиная от сырых материалов до окончательной отделки вещей.
9) Стекла, с завода 8-го класса Гениха, находящегося в Корчевском уезде. На нем выделывают, между прочим, так называемое Бемское стекло, для окон, карет, картин и зеркал, величиною от 6-ти до 36-ти вершков в вышину, от 5-ти до 22-х в ширину. Вырабатывают в год разного стекла до тысячи ящиков, на 90,000 рублей. Замечателен сбыт произведений этой фабрики на Кяхте, куда Г. Гених ежегодно отправляет до 120,000 штук, а иногда и более, простых, дешевых зеркальцев, обделанных во вкусе Китайцев. Представляя свои изделия, Г.Гених имел также счастие объяснить Его Высочеству весь процесс выделки стекла;
и 10-е) Стенные часы и особенно машины для нарезывания и полирования колес, сделанные самоучкой, тверским мещанином Сутугиным. Его Императорское Высочество, узнав, что художник желал бы усовершенствовать одного из сыновей своих в часовом мастерстве, но не имеет на это способов, чрезвычайно милостиво вошел в положение художника, и приказал Гражданскому Губернатору представить ему о Сутугине записку.
Вообще лица, представлявшие свои изделия, и заведывавший выставкою член Комитета об устройстве города Твери, Г. Юргенсон, имевший счастливый случай, за отсутствием некоторых заводчиков, объяснять Государю Наследнику разные предметы, и особенно химические, остались преисполнены милостивого внимания Его Высочества.
После того, Его Императорское Высочество осматривал больницы Приказа Общественного Призрения и городскую, посетил Отрочь Монастырь, лазарет артиллерийской бригады и Сиротский Дом, где во всех заведениях изъявил Свое удовольствие за найденную чистоту и порядок.
У входа в Гимназию, встречен был Губернским Предводителем Дворянства, Почетным Попечителем Гимназии и Директором училищ. Последним подан Ему был рапорт о благосостоянии училищ, с приложением ведомости о числе учащих и учащихся. По случаю объяснения о тесноте и неудобности дома Гимназии, рассмотрены были Его Высочеством фасады и план дома, который предположило дворянство Тверской губернии выстроить под Гимназию и Пансион её, и потом обойдены все классы. При выходе, Его Высочество благодарил Директора.
К обеду Его Императорского Высочества удостоились быть приглашены гг. Генералы Набоков, Дохтуров, Муравьев, Ховен, Смагин, Тверской Гражданский Губернатор Граф Толстой, Губернский Предводитель Дворянства Полторацкий, Вице-Губернатор Аверкиев, Почетный Попечитель Гимназии Бакунин и Градской Глава.
Вечером, в 9-ть часов, Государь Наследник осчастливил своим посещением бал, данный в Тверском Благородном Собрании. Весь день шел проливной дождь, но к съезду посетителей небо совершенно прояснилось, как будто сама природа старалась содействовать нашему празднику. Площадь, где находится дом собрания, была прекрасно иллюминована; в средине горел щит с вензелями Их Императорских Величеств и Государя Цесаревича; по обеим сторонам падали огненные каскады. У подъезда Его Высочество встречен был почетнейшими лицами города. При входе на лестницу, устланную коврами и зеленым сукном, изящно убранную редкими деревьями и цветами, какие могли только найти в оранжереях, и между ними огромными зеркалами, заиграл оркестр гимн: «Боже Царя храни!» У дверей залы встречен был Государь Наследник почетнейшими дамами города. В продолжение бала играли попеременно два оркестра. Из окон дома Его Высочество любовался видом иллюминации. Потом удостоил принять участие в некоторых танцах.
Но лучшее зрелище, каким взоры и сердца наши насладились, было при выезде Государя Цесаревича из собрания, в 12-м часу ночи. Блестящее освещение, площадь с четырьмя прилегающими к ней улицами, усеянные народом, тысячи глаз, устремленные на один предмет, тысячи поднятых рук, и, наконец, один восторженный гул, один согласный, единодушный, из нескольких тысяч голосов, хор любви и преданности. Экипаж Его Высочества тронулся, и эти тысячи поколебались и хлынули, как-будто прорвалась плотина морская, и потекла вслед за экипажем до самого дворца, так что колеса с трудом могли двигаться. Должно заметить, что ни одного несчастного случая не было.
На другой день, в 7 часов поутру, Его Высочество, усердно помолившись в соборном храме, изволил отправиться в дальнейший путь на Углич, сопровождаемый благословениями Тверитян. Едва я не забыл сказать, что Государь Наследник пожаловал на раздачу бедным 5,000 рублей. При этом случае, усердие и преданность Тверского купечества присоединили свое приношение из 4,500 рублей, в пользу нуждающихся: они поняли, что такая жертва приятнее всякой другой для Его Высочества.
Путешествие Его есть путь благотворений. Сейчас получили мы известие, что Государь Наследник, проезжая деревню Ведерню (в Тверском уезде, Прибытковской волости), зашел в курную избу крестьянина, Гаврилы Козьмина, и спросил у него щей. Отведав их, и увидав, что в них нет мяса, заметив также, что изба его худо покрыта, спросил о причине его бедности. Когда крестьянин объяснил, что одиночество его и другие обстоятельства этому виною, Его Высочество пожаловал ему 100 рублей, а потом, узнав, что за ним есть податная недоимка, ещё пожаловал ему 50 рублей, и, сверх того, вызвался быть крестным отцом первого сына, который у Козьмина родится, и которого приказал называть Александром».
(П.С.)
