Ученик Карла Брюллова, друг Лермонтова, вице-президент Императорской Академии художеств — князь Григорий Григорьевич Гагарин (1810–1893) был видным художником и исследователем византийского и древнерусского искусства. Его работы хранит Русский музей, а мозаичные иконы, набранные по его распоряжению, и сегодня можно увидеть у Царских врат петербургского Спаса на Крови. Но с Конаковским краем его связывают прежде всего Карачарово и храм в Сучках: на самой границе Корчевского уезда князь устроил усадьбу Карачарово с парком над Волгой, собственной рукой расписал храм в соседнем селе Сучки и завещал похоронить себя у его стен.
Григорий Гагарин родился 29 апреля (11 мая) 1810 года в Санкт-Петербурге в семье дипломата князя Григория Ивановича Гагарина, а детство и юность провёл за границей, в том числе в Италии, где служил его отец. Дом российского посланника в Риме был одним из центров артистической жизни, и частым гостем в нём был Карл Брюллов. По просьбе отца он начал давать уроки живописи тринадцатилетнему Григорию и на долгие годы стал ему близким другом и учителем («Художники и музы»). Об их прогулках с этюдниками по окрестностям Гроттаферраты князь позже напишет в своих воспоминаниях: «урок Брюллова был для меня как бы откровением, с тех пор я понял, что в прелестях природы скрывается не только интерес невольного наслаждения, но и интерес разума». Воспоминания впервые напечатали в 1855 году в альманахе «Зурна», а отдельной книгой они вышли уже после смерти автора, в 1900 году («Воспоминания князя Григория Гагарина о Карле Брюллове»). В семье Гагариных хранилось около 30 полотен Брюллова, которые никогда не продавались: князь не раз повторял, что «искусство не есть товар, который можно продавать».
Дипломатическая служба привела Гагарина в Константинополь, военная — на Кавказ. Там продолжилась его дружба с Лермонтовым, с которым они вместе работали над рисунками, а сам князь участвовал в походе против отрядов Шамиля в Дагестане. В Тифлисе он вместе с архитектором Джованни Скудьери проектировал театр и оформил его интерьеры, укрепил старую живопись Сионского собора и создал в нём новые росписи. Кавказские зарисовки князь издал в Париже в 1847 году в альбоме «Живописный Кавказ». По его инициативе при Академии художеств был создан Музей христианских древностей, а в 1859 году Гагарин стал вице-президентом Академии. В 1868 году он поддержал стремление молодого Василия Сурикова учиться в Академии, написав о нём енисейскому губернатору («Гений и покровители»).
Делом всей жизни Гагарина стало возрождение русской церковной живописи из её византийских истоков. Свою теорию он воплотил в альбоме хромолитографий «Собрание византийских, грузинских и древнерусских орнаментов»: все рисунки для него князь выполнил собственноручно с памятников старины. Ещё один, рукописный альбом в византийском стиле он создал в единственном экземпляре для императрицы Марии Фёдоровны (читай заметку «Альбом без ответа»). Часть его художественного наследия была издана уже после смерти автора: по воле Александра III и повелению Николая II в 1897 году за счёт Министерства Императорского двора начался выпуск его трудов (см. альбом в коллекции «Маленьких историй»). А когда пришло время отделывать петербургский храм Спаса на Крови, вспомнили и о двенадцати миниатюрных мозаичных иконах афонских святых, набранных в 1861 году по распоряжению Гагарина в мозаичной мастерской Академии. Предназначались они для московского храма Христа Спасителя, но в нём так и не появились. По сведениям музея «Исаакиевский собор», решение передать их новому храму принял ещё Александр III, а преподнесла иконы храму в дар, по рассказу реставратора Игоря Лаврененко, вдовствующая императрица Мария Фёдоровна. Иконы установили на столбиках по сторонам Царских врат (см.заметку «От Спасителя до Спаса»).
Корчевский уезд вошёл в жизнь Гагарина в 1858 году, когда его супруга Софья Андреевна, урождённая Дашкова, унаследовала от своей двоюродной тётки Екатерины Андреевны Сонн сёла Карачарово, Никольское на Сучке и Вахромеево. Сама усадьба формально стояла уже в Клинском уезде Московской губернии, а село Никольское с храмом — на корчевской стороне (см. «Иждивением князя Гагарина». История школы в с.Сучки). Князь занялся устройством усадьбы: выписал из Англии садовника, и тот разбил пейзажный парк, по краеведческому преданию — по образцу лондонского Гайд-парка, с несколькими десятками аллей (смотри «Рукою царственной…»). Гагарин и сам увлекался садоводством, привозил из Европы лучшие сорта деревьев и цветов, и спустя столетие садоводы ещё могли показать, где растут «гагаринская сирень» и «гагаринская роза» (см. «Огородные советы князя Гагарина»). Правнучка художника Наталья Григорьевна Гагарина, вспоминая усадьбу времён своего деда, писала: «Был парк с прямыми аллеями, а позади летнего дома был пруд с островом и лодкой» (см. «Два письма княгиням М.А.Гагариной и М.А.Прозоровской-Голицыной»). В 1860 году Софья Андреевна вместе с местным священником открыла в Никольском школу, позднее ставшую церковноприходской.
Главным карачаровским трудом князя стала роспись каменной Никольской церкви в Сучках, построенной в середине XIX века помещиками Карповыми. Иконы и стенную живопись Гагарин выполнил собственноручно. 5 октября 1880 года в храме освятили два придела: левый, Екатерининский, — местный благочинный, правый, Покровский, — тверской архиепископ Савва, который остановился в Карачарове и оставил описание этой поездки: «иконы и стенная живопись принадлежат кисти художника-князя Гр. Гр. Гагарина. Та и другая представляют образцы древнего византийского стиля: это ничто иное, как воспроизведение художественных миниатюр греческих и грузинских рукописей VII — IX века» («В гостях у князя Гагарина»).
Последние годы князь провёл во Франции и умер в январе 1893 года в Шательро. По его завещанию сыновья перевезли тело в Тверскую губернию и похоронили на погосте расписанной им Никольской церкви. В 1930-е годы, перед созданием Иваньковского водохранилища, храм взорвали. В советские годы было разорено и захоронение князя; сведения о времени разорения и дальнейшей судьбе останков расходятся. По одной из местных публикаций, в 1967 году на месте бывшего погоста поставили памятную стелу; сегодня здесь стоит обелиск с надписью «Художник Г.Г.Гагарин» («От храмов до гиперболоида»).
Позднее хозяином Карачарова стал сын князя, Григорий Григорьевич Гагарин-младший (1850–1918). Он продолжил заботиться о парке и был страстным коллекционером почтовых марок: из Карачарова он переписывался с филателистами по всему миру, в том числе с британцем Стэнли Джонсоном («Рукою царственной…», справочник «Собиратель марок»). Другой сын, князь Андрей Григорьевич, в 1900–1907 годах возглавлял Петербургский политехнический институт и участвовал в посмертном издании трудов отца. Расписанного Гагариным храма больше нет. Но часть аллей карачаровского парка, разбитого при князе, сохранилась до наших дней — сегодня это памятник природы, а на месте бывшего погоста у Сучков по-прежнему стоит скромный обелиск. А посетители Спаса на Крови и сегодня могут увидеть у Царских врат двенадцать крошечных мозаичных святых. Четыре иконы 1861 года сохранились и были отреставрированы, восемь утраченных воссозданы, и все они напоминают о человеке, который связал петербургский храм с маленькой церковью Корчевского уезда.
